Исповедь отрицания

    «Исповедь отрицания» должен был произнести каждый египтянин на посмертном суде перед богами. Исповедь отрицания зафиксирована в известной всем «книге Мертвых» и у нас есть несколько ее вариаций, содержащих от 10 до, в наиболее полной версии, 42х высказываний отрицания, того, чего человек не делал из тех дел, которые в Египте считались ритуально оскверняющими. Обычно при переводе используется слово «грех», однако это не совсем верная трактовка, нарушение закона и ритуальная скверна – это не совсем грех в привычном нам христианском понимании.

Возьмем наиболее полную версию «исповеди отрицания», состоящую из 42х пунктов и внимательно ее изучим. В соответствии с «Книгой мёртвых» на посмертном суде покойный должен был последовательно обратиться к каждому из 42 египетских богов, оправдываясь в том нарушении ритуальной чистоты (закона), за который тот или иной бог «отвечал»

«1. Приветствую тебя, Сах-ниммит, выступающий вперёд из Гелиополя, я не совершал греха.

2. Приветствую тебя, Хапт-Хат (Ха-пат-Садат), выходящий вперед из Хар-Аха, я не совершал грабежа с насилием.

3. Приветствую тебя, Фанти (Данди), приходящий из Гермополя (Хмун), я не крал.

4. Приветствую тебя, Ам-Хаибит (Ак-шут), приходящий из Элефантине (Карари), я не лишал жизни мужчин и женщин.

5. Приветствую тебя, Наха-хор, или Наха-хау, приходящий из Рэсэтева, я не воровал зерновых.

6. Приветствую тебя, Ру(ру)ти, приходящий с неба, я не похищал жертвоприношений.

7. Приветствую тебя, Арфи-ма-хат, или Ирти-ма-дас, приходящий из Ликополя (Асьюта, Суат), я не крал имущества Бога.

8. Приветствую тебя, Наби, приходящий и уходящий, я не произносил лжи.

9. Приветствую тебя, Сад-касу, приходящий из Гераклеополя, я не уносил прочь еду.

10. Приветствую тебя, Уди-насарт, приходящий из Мемфиса (Хаи-Ку-Птах), я не произносил проклятий (ругательств).

11. Приветствую тебя, Карарти, приходящий с Запада (Аменте), я не совершал прелюбодеяния.

12. Приветствую тебя, Гор-ф-ха-ф, приходящий из своей пещеры, я никого не вынудил плакать.

13. Приветствую тебя, Басти, приходящая из Бубастиса, я не ел сердца.

14. Приветствую тебя, Та-Ратиу, приходящий из ночи, я не нападал ни на одного человека.

15. Приветствую тебя, Унам-санф, приходящий из камеры казней (пыток), я не человек обмана.

16. Приветствую тебя, Унам-баску, приходящий из Мабит, я не забирал обработанную землю.

17. Приветствую тебя, Владыка Истины Ниб-Маат, приходящий из (Зала) Двух Истин Маат, я не был подслушивающим (соглядатаем).

18. Приветствую тебя, Танмиу, приходящий из Бубастиса, я не оклеветал никого.

19. Приветствую тебя, Сартиу (Аади), приходящий из Гелиополя, я не был в гневе без справедливой причины.

20. Приветствую тебя, Дуду, приходящий из Анди (Ади, в Бусиритском номе), я не опозорил жены ни одного мужчины.

21. Приветствую тебя, Уам(ан)ти, приходящий из камеры Хабит (место суда?), я не опозорил жены ни одного мужчины.

22. Приветствую тебя, Муа-на-туф (Манитеф), приходящий из Панополя (Пар-Мина, Фармэне), я не осквернял себя самого.

23. Приветствую тебя, Хари-уру, приходящий из Нахату (Имад), я не угрожал никому, никого не запугивал.

24. Приветствую тебя, Хамиу, приходящий из Кауи (Туи), я не преступал закона.

25. Приветствую тебя, Шад-хару (Шет-хур), приходящий из Урит, я не гневался (не был в ярости).

26. Приветствую тебя, Нахну, приходящий из Хакат (Хаха-ди), я не закрывал мои уши для слов истины.

27. Приветствую тебя, Канамти, приходящий из Канамт, я не богохульствовал.

28. Приветствую тебя, Ан-хатп-иф, приходящий из Саиса (Сау), я не человек насилия (не насильник).

29. Приветствую тебя, Сару-Хару, приходящий из Унсит (Унси), я не был возбудителем раздора.

30. Приветствую тебя, Ниб-Хару, приходящий из Натфит, я не действовал с ненужной поспешностью.

31. Приветствую тебя, Сахриу, приходящий из Утана, я не совал нос в чужие дела.

32. Приветствую тебя, Ниб-Абуи, приходящий из Саути, я не нагромождал мои слова в разговоре.

33. Приветствую тебя, Нуфратум, приходящий из Мемфиса (Хаи-Ку-Птах), я не вредил никому, я не делал зла.

34. Приветствую тебя, Там-Сапу, приходящий из Бусириса, я не творил колдовства против фараона.

35. Приветствую тебя, Ари-эм-аб-эф, приходящий из Тиби (Тубу), я никогда не преграждал течения воды.

36. Приветствую тебя, Ахи (Хай), приходящий из Ну, я никогда не повышал моего голоса.

37. Приветствую тебя, Уаи-Рихит, приходящий из Саиса (Сау), я не проклинал Богов.

38. Приветствую тебя, Нхаб-Ку, приходящий из твоей пещеры, я не действовал вызывающе.

39. Приветствую тебя, Нхаб-Нафрат, приходящий из твоей пещеры, я не крал хлеба Богов.

40. Приветствую тебя, Дасар-Тап, приходящий из твоего святилища, я не уносил прочь пирогов ханфу от духов умерших.

41. Приветствую тебя, Инааф, приходящий из Маати, я не забирал хлеба у ребёнка и не обращался с презрением к Богу моего города.

42. Приветствую тебя, Хади-ибху, приходящий из Земли Озера (Та-ше-Фаюма), я не забивал скот, принадлежащий Богам».

Я чист, я чист, я чист, я чист!»

Во время «исповеди отрицания» совершается взвешивание сердца умершего Анубисом и Тотом, чем удостоверяется «исповедь». В случае совершённого действия, провозглашаемого как несовершённое, сердце «тяжелеет», нарушается его равновесие с пером богини Маат (богини истины), лежащим на другой чаше весов, и сердце может, не пройдя испытания, упасть прямо в пасть чудища Амт (Аммат), сидящего у весов и ожидающего результатов взвешивания, для того чтобы поглотить виновного и, очевидно, окончательно уничтожить его, пожрать, лишить всякого бытия. Поэтому вместо сердца в грудь умершего могло быть вложено каменное изображение священного жука – скарабея, с соответствующим заговором, начертанном на нем: такое сердце должно было наверняка пройти испытания. В любом случае амулет с изображением скарабея полагался на грудь умершему, что, скорее всего, символизировало то же действие замещения.

Это первое упоминание в истории, где речь идет о посмертном суде. Но и между разными типами посмертного суда есть принципиальные различия. Во многих организованных религиях посмертного суда просто нет, посмертие для всех более или менее одинаково: Шеол у иудеев, Аид у греков, Кур у шумеров и т.д. В неорганизованных религиях, предковом анимизме, практически нигде не существует ада и рая в привычном нам понимании, есть только «та сторона», «незримый мир» населенный духами и обычно никакого устанавливающего законы начала там не существует, а значит никто и не карает за неисполнение отсутствующих законов. Потусторонний мир, где живут духи умерших, в подобных верованиях просто является иной формой существования души после смерти тела, в котором существуют просто природные законы, аналогичные законам физики, за соблюдение или нарушение которых никто не наказывает, равно как и не награждает. Души умерших живут там, как люди на земле все в одном мире, и кто как может, тот так и живет: строит карьеру и отношения.

Египет крайне архаичен и очень недалеко ушел от шаманизма, потому что разделения потустороннего мира как такового нет, боги антропоморфны, да они и не совсем боги, по большому счету, Ра изначально был первым царем Египта и обожествился после. Просто в египетской трактовке этот мир, Дуат, в котором течет подземный Нил – единственный, как и мир духов, фигурирующий в огромном количестве анимистических верований. И этот мир духов до появления в нем Осириса, вернее, до осознания им себя был очень похож на Кур – шумерское царство мертвых, где души умерших людей бродили по серым пустошам, понемногу теряя память и истаивая. Когда в таком потустороннем мире появился Осирис и настроил его под себя таким образом, что в нем, стало все хорошо. И поэтому попадание в загробный мир, где правит Осирис и все устроил разумно и гуманно, для египтянина не наказание а награда. А значит попадут в него не все. И те, кто при жизни не исполняли божественные законы, были не достойны и не пройдут суд, будут просто сожраны и перестанут существовать. Стоит опять заметить, насколько антропна (центрирована на человеке и его потребностях) египетская религия – не вечные посмертные страдания, потому что боги гневны и ревнивы, а просто плохого человека сжирают, чтобы он своим поведением не портил Дуат, такая себе высшая мера посмертной социальной защиты по-египетски.

Как видим, перед нами именно суд, «законнический» суд, состязание по строгим правилам, не предполагающее помощи умершему со стороны богов, но имеющее в виду проверку на соответствие кодексу. Для того, чтобы эту проверку пройти, требовалась помощь магии, необходимо было знать последование египетской «Книги мертвых», своими заклинаниями открывающей для умершего все ворота Дуат, нужно было знать имена богов, отдающих их во власть знающего имя, или, во всяком случае, освобождающих его от их преследования – люди, как всегда в любой системе стараются найти лазейку.

И египетский посмертный суд – это суд по закону, а не по благодати, как в христианстве. Идея беспристрастного посмертного суда также присутствует в зороастризме, где ангел Рашну, посмертный судья, судит дела покойного «на весах духов, и он не допускает никаких отклонений этих весов ни в какую сторону, ни для спасенных, ни для проклятых, ни для королей, ни для принцев; ни даже на ширину волоса не позволяет он склонить чаши весов из почтения к личности, ибо он отправляет беспристрастный суд и для шахов, и для хшатрапов, и для смиреннейшего из людей».

Для древнего египтянина, как мы можем судить в том числе и по «исповеди отрицания», грех – это, в сущности, преступление против кого-то внешнего по отношению к нему: против богов, или людей, особенно беззащитных: младенцев, вдов, сирот, против покупателей, против мертвых, против скота, против стихий («Я не останавливал воду в пору ее. Я не преграждал путь бегущей воде. Я не гасил жертвенного огня в час его»); то есть грех здесь – это переступание положенных человеку пределов, «выход из себя» и, соответственно, посягательство на чужое добро, на чужое место в мире, чем, естественно, нарушаются порядок и равновесие в мироздании. Потому что боги создали законы для людей и эти законы мудры и нарушать их – преступление, не «грех» в христианском понимании этого слова, а преступление закона, контексте современного права (уголовного кодекса, гражданского кодекса и др).

Из 42х ритуальных отрицаний во время исповеди, лишь 11 сфокусированы на преступлениях против богов, жрецов и ритуалов, остальные 31 – это отрицание вполне человеческих проступков, большинство из которых порицаются в большинстве человеческих обществ: гнев, насилие, убийства, воровство и другие. Стоит отметить, что египетская культура большое внимание уделяло социальному миру в обществе и ровным отношениям между людьми: человек в этой исповеди говорит, что он: не произносил ругательств (проклятий), никого не вынуждал плакать, не угрожал и не запугивал, не гневался без справедливой причины, не был в ярости, не был возбудителем раздора, не нагромождал слов в разговоре (как бы сказали сейчас – не словоблудствовал), не повышал голоса и т.д.

Если и чисто египетское пункты, например, 35й: «я никогда не преграждал течения воды». Тут речь идет о великолепной системе египетской ирригации, благодаря которой речная вода подавалась на поля в течение всего года, а не только в момент разлива Нила, как мы учили в школе в пятом классе в рамках истории древнего мира. Препятствовать орошению полей, то есть оставлять человека без возможности вырастить пищу – это было тяжелое преступление, за которое карали как судьи фараона при жизни, так и боги после смерти. И опять, в который раз мы видим, что несмотря на фокусировании египетской религии вокруг смерти и загробной жизни, эта религия очень антропна, очень человекоориентирована. Чуть более 20% от египетских божественных законов, в этом смысле можно назвать их заповедями, посвящены отношениям человека и религии в широком смысле этого слова: богам, жрецам, ритуалам и храмам. В отличие от 40% иудео-христианского декалога, где первые четыре – самые главные заповеди посвящены отношению человека с Богом.

Ведь и в Дуате, где течет Нижний Нил, люди продолжают жить такой же жизнью, как и в обычном мире, земледельцы обрабатывают землю, ремесленники работают, жрецы служат в храмах, аристократия управляет. Только при этом все происходит по справедливому закону, никто никого не обижает и каждый выполняет свою работу. И при этом нет болезней, боли и смерти. Такое представление о условном «рае» – потустороннем мире, где все хорошо и который заслуживают праведники, многое говорит нам о реальной жизни египтян. С точки зрения современных христианских идеологов это показатель того, насколько египтяне были примитивны, не придумали для загробной жизни ничего действительно духовного, все плотское, приземленное. Я же скажу буквально обратное, дело не в примитивности или особой духовности, египтяне были очень развитых народом, у них процветали науки и ремесла, огромных успехов они достигли в медицине, сельском хозяйстве, архитектуре и механике. Они были не глупее нас. Просто земная жизнь среднего жителя Египта была достаточно неплохой и сытой, они собирали несколько урожаев в год и не только сами ели досыта, но и снабжали зерном не только своих торговых партнеров, но и завоевателей – персов и римлян.

А о молочных реках и кисельных берегах, а также о 72х девственницах мечтают те, кто кочует по смертельной пустыне, регулярно голодает, у кого нет денег, чтобы накопить на выкуп невесты и так далее. Поэтому в виде посмертия они или придумывают себе или плотские удовольствия, которых им не хватало в жизни или нечто непредставимо духовное, то, что на земле человек себе даже не может представить.

А египтянам, как бы сказали мы сейчас и при жизни «не поджимало». Вот только болезни, старость и смерть устранить, а также разных «мудаков» – бесчестных судей, разбойников на дороге, вороватых чиновников и прочих, и вполне можно так жить вечно, в загробном мире, под мудрым руководством Осириса. Поэтому у них сложилось, такое, как говорят малограмотные христианские апологеты «примитивное представление о загробной жизни». А оно не примитивное, а логично отражающее их социальное бытие, которое как известно, в значительной мере определяет сознание.

Возвращаясь к посмертному суду и исповеди отрицания можно сказать, что такие формальные законы, по которым ведется посмертный египетский суд многое не учитывают и в качестве примера привести христианский суд, где судят по вере и любви, а не только по формальному закону (хотя и там позднее ввели категорию смертных грехов). Тут может возникнуть искушение провести отличные параллели между двумя китайскими доктринами: легизмом и конфуцианством, где можно провести параллели между египетским судом и легизмом, и между христианским и конфуцианским. Однако не стоит забывать, что при всем формализме посмертного суда в Египте, наказанием является смерть. Просто небытие, а не вечные страдания, как в христианстве, где суд происходит якобы «по любви и вере».

Продолжая разговор о любви и справедливости, мы также видим, что человек на посмертной исповеди не хвастается своими достижениями, что в разных культурах считается недостойным занятием, а всего лишь говорит, что не совершал те или иные правонарушения, не преступал законов божественных и человеческих. Потому что в Дуат попадут не особо избранные, которые чего-то достигли и прославились особыми заслугами или подвигами, а все хорошие люди, не нарушавшие законы и не обижавшие окружающих. Как отлично это от христианского «малого стада, которое спасется».

Изучение Древнего Египта, его истории, культуры и религии во всех ее проявлениях раскрывает новые грани понимания человеческой природы и, на мой взгляд, является важным примером, как можно построить здоровое общество с высокоразвитой культурой и, хотя очень архаичной и специфической, но вместе с тем очень человекоориентированной религией. При этом опережая весь тогдашний окружающий мир в теоретических и прикладных науках, а также добившись высочайшего уровня медицины и благосостояния, практически недостижимого в те времена. А такие выдающиеся литературные источники как «книга Мертвых» открывают нам все новые и новые грани этой удивительной цивилизации.

Брат Д.Л.

 

Comments are closed.